Показаны сообщения с ярлыком own. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком own. Показать все сообщения

13 нояб. 2011 г.

Shakespeare Sonnet 102


My love is strengthen'd, though more weak in seeming;
I love not less, though less the show appear:
That love is merchandized whose rich esteeming
The owner's tongue doth publish every where.

Our love was new and then but in the spring
When I was wont to greet it with my lays,
As Philomel in summer's front doth sing
And stops her pipe in growth of riper days:
Not that the summer is less pleasant now
Than when her mournful hymns did hush the night,
But that wild music burthens every bough
And sweets grown common lose their dear delight.

Therefore like her I sometime hold my tongue,
Because I would not dull you with my song.

Моя любовь сильнее с каждым днём,
Хоть я уже и не пою об этом:
Нельзя о чувстве говорить своём,
Торгуя сердцем, кровью и сонетом.
Созреет лето - смолкнет соловей,
Но сколько песен было им пропето!
Весной любви и я был посмелей -
Встречал её цветами и приветом.
Пусть сад в ночи торжественно молчит,
Внимая гимну радости и боли,
Но если с каждой ветви он звучит,
То и надоедает поневоле.

       Так умолкаю иногда и я -
       Чтоб песня не наскучила моя.




25 сент. 2011 г.

Mary was an only child (Art Garfunkel)


Mary was an only child,
Nobody held her, nobody smiled.
She was born in a trailer, wretched and poor,
And she shone like a gem in a five and dime store.

Mary had no friends at all,
Just famous faces pinned to the wall.
All of them watched her, none of them saw
That she shone like a gem in a five and dime store.

And if you watch the stars at night,
And find them shining equally bright,
You might have seen Jesus and not have known what you saw.
Who would notice a gem in a five and dime store?

Одинокий ребёнок

Мэри выросла одна,
В ветхой лачуге, тиха и скромна.
Точно роза в забытом саду расцвела -
Так сверкает алмаз средь пустого стекла.

Нет друзей и нет родни -
Только картинки глядят со стены.
Но они не заметят, что Мэри жила,
Как сверкает алмаз средь пустого стекла.

Звёзды блещут с высоты,
Но их величье не ведаешь ты.
Знать тебе не дано, где брильянт, где зола,
Где сверкает алмаз средь пустого стекла...


17 сент. 2011 г.

Путешествие к себе



Мне было сорок лет, когда я поняла, что любви нет на свете.

Часы сиесты тянулись долго, как никогда; в воздухе висел запах йода и горячей сосновой смолы. На страницы романа Колетт, лежащего на моих коленях, упала сухая раздвоенная иголка. Высоко над головой слышался треск: шишки лопались от послеполуденного жара, нарушая состояние полного покоя и отрешённости. Нужно было совсем немного, одно маленькое усилие, и, оторвавшись от страниц книги, от садовой скамьи с кованой спинкой, от сада, от дома и сосен, я полетела над морем так далеко, как это возможно – с южного берега полуострова на его северный берег.

Там, на северном берегу, стояла девочка, одетая, как мальчик: футболка, шорты, кеды. Она глядела с высокой скалы на море, гудевшее далеко внизу: спуск к нему по дороге-серпантину занимал полчаса, но напрямую, через скалы, можно было спуститься за пятнадцать минут. В скалы были намертво впаяны ракушки и окаменевшие останки мелких морских животных; девочка хорошо училась в школе и понимала – это значит, что когда-то скалы, на которых стояла она, озирая окрестный пейзаж, были прибоем, а вся эта глубина, обрыв под ногами были заполнены солёной водой. Море, манившее с горизонта, когда-то царило над скалами, но теперь оно уступило и отступило, далеко отведя свои войска.

Всего сорок-пятьдесят километров от родной городской квартиры в ту и другую сторону: северные скалы и южные камни, море, мелкие ракушки, песок, сосны. На южном берегу – дядин дом в старом саду, где ветки плодовых деревьев приходится подпирать, чтобы не сломались под тяжестью яблок и слив. На северном берегу – болота, поросшие камышом, соляные озёра, витые раковины, похожие на замысловатые изделия из розового тонкого фарфора. Запах земли, по которой скачут ошалевшие от зноя кузнечики, колючие кусты ежевики, цветущий цикорий.

Это было путешествием – потому что было приключением. Сколько бы стран и городов не посещала в своей жизни девочка (а потом – девушка и вполне солидная дама) – это не было путешествием. Нет смысла менять одни улицы на другие. В конечном итоге – везде всё одинаково: площади, дома, фонтаны, музеи. Картина оставалась одинаковой – менялась только рамка. Менялись люди. Менялась валюта. Ощущения путешествия не было.

Договорившись встретиться с подругой завтра «у выхода с Новослободской», девочка беспечно бросала телефонную трубку, не думая о том, что в данный момент между нею и этой станцией метро пролегают тысячи километров. Сел в самолёт, закрыл глаза. Телефонные разговоры и скоростные перелёты скрадывали расстояние. Вместо того, чтобы крутиться по бесконечной плоскости листа Мёбиуса, девочка одним движением складывала лист бумаги, соединяя его противоположные края: лечь спать сегодня в родном городе, чтобы завтра пообедать в Литературном кафе на Невском. Это не путешествие – это просто перемещение.

Путешествие – это всегда загадка, ощущение тайны. Чтобы достичь его, не нужно мчаться на поезде, самолёте или автобусе в дальние края. Оно нас ждёт гораздо ближе.
Снова знакомый сад. Скамейка раскалилась на солнце. Любви на свете нет. Но море и сосны – вечны.
---------------------------------------

15 авг. 2011 г.

Little 15, Depeche Mode



Depeche Mode - Little 15 / Пацан

Little 15 / Cлышишь, пацан,
You help her forget / Ты заставишь забыть
The world outside / Этот суетный мир,
You're not part of it yet / Не умея любить.



And if you could drive / Взялся за руль -
You could drive her away / Так быстрее гони,
To a happier place / В то далеко,
To a happier day / Где счастливые дни,
That exists in your mind / Те, что мысли твои
And in your smile / И улыбка таят.
She could escape there / Ей бы спрятаться там
Just for a while /И ни шагу назад,
Little 15 /Слышишь, пацан…

Little 15 / Слышишь, пацан,
Why take the smooth with the rough/То, что в руки плывёт,
When things run smooth / Смысла нет торопить,
It's already more than enough / Всё случится само.
She knows your mind / Знает она,
Is not yet in league / То, что ты вне игры,
With the rest of the world / С этим миром интриг,
And it's little intrigues / До времён, до поры.
Do you understand / Ты сумеешь понять,
Do you know what she means / То, что знает она,
As time goes by / Только годы спустя,
And when you've seen what she's seen / И до самого дна,
You will / Обещаю,
Little 15 / пацан...

Little 15 / Слышишь, пацан,
Why does she have to defend / Ну зачем ей опять
Her feelings inside / Чувства свои
Why pretend / И ошибки скрывать?
She's not had a life / Сколько же лгать,
A life of near misses / Притворяясь стальной?
Now all that she wants / Три желанья сейчас
Is 3 little wishes / У неё за душой:
She wants to see with your eyes / Видеть свет так, как ты,
She wants to smile with your smile / Улыбаться, как ты,
She wants a nice surprise / И всего один дар
Every once in a while / У заветной черты -
Little 15 / Слышишь, пацан…




21 мая 2011 г.

Времена года (календарное эссе)



Сначала - Новый год. Белые метели, снежные вихри, сугробы, морозные узоры на окнах - всё это в книжках и по телевизору, и без того чёрно-белому. Вместо снега - хлопья ваты, нанизанные на длинные нитки, висящие в витринах магазинов. Снежинки - пластмассовые, полиэтиленовые; самое красивое - сухой блестящий "дождь", который приятно шуршит в руках. Новогодняя ночь - сухая, безветренная. Искусственная ёлка, извлечённая из старого шифоньера в коридоре (есть ещё новый, полированный, он стоит в комнате) натёрта хвойным экстрактом, но больше пахнет нафталином.От этой странной смеси ароматов приятно холодит в носу и замирает сердце...
Читать эссе полностью...
 
Rambler's Top100